100 лет со дня рождения В.Ф. Скобарихина,Героя Советского Союза (1910–1989)

О Герое Советского Союза, халхингольце, военном летчике Витте Федоровиче Скобарихине в забайкальской прессе написано немало. Его имя вошло в книгу «Забайкальцы – герои Отечества». Однако он – не забайкалец по рождению, а уроженец Москвы, где родился 25 июня 1910 г. В 1930-х гг. его жизнь была тесно связана с Забайкальским краем. По опубликованным данным, после окончания Энгельсской военной школы летчиков в 1933 г. Скобарихин стал служить в авиачастях Забайкальского военного округа.

Как записано в «Истории 22-го краснознаменного истребительного авиационного полка» (далее ИАП), в конце октября 1936 г. в 21-ю истребительную авиаэскадрилью (далее ИАЭ), которая дислоцировалась в Домне, из других частей и родов авиации прибыло в пополнение несколько летчиков. В составе этой группы был старший летчик В.Ф. Скобарихин. К началу 1937 г. В.Ф. Скобарихин был командиром звена этой эскадрильи (в мае 1937 г. 21-я эскадрилья перебазировалась в Соктуй). В Соктуе авиазвенья, в том числе звено Скобарихина, осуществляли учебные полеты, несли дежурства на границе. В августе 1937 г. дежурные звенья 21-й ИАЭ задержали несколько самолетов, курсировавших без предупреждения в пограничной зоне. Тогда на забайкальской границе сократилось число японских провокаций.

25 сентября 1937 г. 21-я ИАЭ перебазировалась на 111-й разъезд Забайкальской железной дороги (тогда им. Молотова). В сформированном 12 марта 1938 г. на базе 21-й ИАЭ 22-м истребительном авиаполку В.Ф. Скобарихин был назначен помощником командира второй эскадрильи. Полк охранял забайкальскую границу посредством облетов дежурными звеньями, вел дежурство на забайкальских аэродромах, продолжал боевые учения. В августе 1938 г., когда японцы развязали конфликт на озере Хасан, полк перебазировался ближе к границе. Причем, вторая эскадрилья, где служил Скобарихин, обосновалась в районе Соловьевска.

Отсюда эскадрилья Скобарихина в составе 22-го ИАП направилась в район развернувшихся на р. Халхин-Гол боевых действий и участвовала в первых тяжелых для советской авиации воздушных боях 27–29 мая 1939 г. (в районе Тамцак – Булак). Тогда японцы сосредоточили большое количество авиации в районах боевых действий, что недооценило командование советских ВВС и боевые летчики. Японские самолеты совершали налеты большими компактными группами и разбивали мелкие группы советских подразделений, вылетавших им навстречу. У советских летчиков не было сработанности звеньев, и они часто вели индивидуальные бои с группами противника.

С конца мая 22-й ИАП в боевых условиях начал осваивать новую тактику боя с учетом уроков, преподнесенных его летному составу японскими летчиками. «Летчики полка выполняли и боевые задачи. Почти каждый день… производили разведывательные полеты над фронтом и тылом противника. Товарищи Балашов, Чистяков, Голубев, Скобарихин и др. часто вылетали в разведку, в тыл к японцам и там обнаруживали то передвижение японских батальонов пехоты, то замаскированные танки, то полевые ангары, аэродромы с самолетами, то движение автоколонн. Благодаря этим разведкам наше командование знало, что делается в тылу у японцев», – повествует «История 22-го авиаполка». Во второй половине июня – начале июля полк вел успешные воздушные бои с противником, а затем участвовал в штурме наземных войск. Скобарихин был в числе участников этих боев. В бою 4 июля Скобарихин сбил два самолета, а 5 июля в группе с летчиками Чистяковым, Калачевым, Якименко и Райковым – три истребителя японцев.

Воздушный бой, закончившийся тараном, В.Ф. Скобарихин сам описал в письме забайкальским авиаторам 31 мая 1977 года. «…Особенно запомнился воздушный бой 20 июля 1939 г. В тот день я со своей 2-й истребительной авиаэскадрильей вылетал четыре раза на боевые задания… Четвертый боевой вылет на прикрытие наземных войск на левом фланге состоялся во второй половине дня. Наши девять И-16 были атакованы… японскими истребителями И-97. Противник был на 200–400 метров выше нас и, используя свое преимущество в высоте, атаковал нас сзади. В особо трудном положении оказался старший лейтенант Вусс. Его самолет отстал немного, и на него набросились два И-97. У тов. Вусса это был первый боевой вылет, и, попав в трудное положение, он растерялся: продолжал полет по прямой под обстрелом самураев. Увидев, что Вуссу угрожает смертельная опасность, я подал сигнал своему заместителю: «Перехожу в атаку». Развернулся на 180 градусов и пошел навстречу самураям. С дальней дистанции открыл огонь изо всех четырех пулеметов. Но самураи так увлеклись, что продолжали атаковать Вусса под огнем моих пулеметов. Я видел, как трассирующие пули впивались в самолет самурая, но он… продолжал атаку. Вот я уже сблизился с самураем на 100–150 метров, и надо было выходить из атаки. Но я понимал: пока я буду занимать позицию для повторной атаки, японец собьет Вусса, и я мгновенно принял решение таранить японца (в этот момент я был чуть ниже его). Я подошел вплотную к самураю, направил нос своего самолета на его фюзеляж и отрубил хвостовое оперение. И-97 загорелся, хвост отвалился, самолет упал тут же на землю. Мой самолет получил повреждение крыла и винта, стал плохо управляем. Но мне удалось его довести до своего аэродрома и благополучно посадить… В этом воздушном бою эскадрильей было сбито 3 самолета самураев. Все наши летчики остались живы, лишь один Вусс получил легкое ранение».

Как свидетельствует хроника 22-го ИАП, каждый воздушный бой Скобарихин подвергал тщательному разбору, вскрывал недостатки в тактике, отмечал положительное, каждому приему врага давал свой точный, строго продуманный ход. «Заходит японский истребитель нашему самолету в хвост, – говорил он, – надо пустить его, но другому нашему истребителю необходимо быть у него в хвосте и расстрелять до того момента, как он успеет дать очередь по нашему самолету. Симулирует японец падение вниз – посмотри и проводи его до земли, не давай ему вывести машину…».

В исторической хронике 22-го ИАП есть еще такие строки: «23 июля… полк в составе 28 самолетов под командованием Кравченко вылетел для прикрытия своих скоростных бомбардировщиков. В районе горы Хамардаба встретились с 30-ю истребителями противника…В результате боя сбито четыре И-97 противника. Отличились Красноюрченко, Сучков, Скобарихин, Трубаченко». В тот день в нескольких воздушных боях было сбито 11 японских самолетов. Как повествует хроника полка, в них особенно отличились Кравченко, Рахов, Скобарихин, Кузьменко; геройски погиб Данилин.

Итак, в военном конфликте на реке Халхин-Гол В.Ф. Скобарихин участвовал в 26 воздушных боях, налетал 116 часов, сбил лично пять самолетов врага и шесть в групповом бою. 20 июля 1939 г. одним из первых в истории советских ВВС применил таранный удар. В числе комсостава 22-го ИАП старший лейтенант В.Ф. Скобарихин 29 августа 1939 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР был удостоен звания Героя Советского Союза (с вручением ордена Ленина и Золотой Звезды Героя).

В.Ф. Скобарихин – участник Великой Отечественной войны, полковник. Был заместителем командира отдельной гвардейской истребительной авиационной дивизии. С 1948 г. работал в Центральном и Московском комитете ДОСААФ. Демобилизовался из армии в 1954 г., жил в Москве, работал научным сотрудником панорамы «Бородинская битва». Награжден орденами Ленина, дважды Красного Знамени, Красной Звезды, трижды Отечественной войны 1-й степени, дважды Боевого Красного Знамени (МНР), орденом Чехословакии. Похоронен в Москве.

Н.Н. Константинова

Литература

Жеребцов Г.А. Скобарихин Витт Федорович / Г.А. Жеребцов // Энциклопедия Забайкалья. Читинская область : в 4 т. / гл. ред. Р.Ф. Гениатулин. – Новосибирск, 2006. – Т. IV: C – Я. – С. 53.

Скобарихин Витт Федорович // Герои Советского Союза : краткий биографический словарь : в 3-х т. / под ред. И.Н. Шкадова. – М., 1988. – Т. 2 : Л – Я. – С. 474.

***

Н. Иду на таран... По страницам многотиражной печати / Н. Бубнов // На боевом посту. – 1994. – 5 окт.