Поиск по сайту
ЗАБАЙКАЛЬСКАЯ КРАЕВАЯ УНИВЕРСАЛЬНАЯ
НАУЧНАЯ БИБЛИОТЕКА ИМ. А.С. ПУШКИНА
Галия Ахметова

_20130423_10263801.jpgНе многие наши забайкальские писатели удостоены литературоведческого анализа своего творчества при жизни. Поэтому выход такой книги всегда подарок как для писателя, о котором пишут, так и для нас - библиотекарей. В Москве вышла книга Галии Ахметовой «Николай Савостин: Жизнь и поэзия. Поэзия и жизнь». На книге имеется надпись «Таланты Забайкалья». Замечательную обложку к книге оформил наш читинский художник Евгений Шишков.

Тем, кто незнаком с творчеством Николая Савостина предлагаем небольшую подборочку стихов из раннего Савостина, может быть они напомнят моим землякам ононцам, какой поэт свое детство провел в с. Кубухай… Вот строки из его письма Галие Дуфаровне, после страшного пожара 2012 года, погубившего часть заповедного Цасучейского бора: «…Вчера посмотрел в последних известиях о лесном пожаре в Забайкалье, увидел Цасучей, а особенно Кабухай, окруженные пламенем, был так взволнован, даже так потрясен, что не мог уснуть до утра. Дело в том, что Кабухай – это село моего раннего детства, там я ходил во второй и третий классы. И всю жизнь любил этот уголок земли…»

Впрочем, лучше, чем автор книги, о поэте не расскажет ни кто. С книгой можно познакомиться в читальном зале краевой библиотеки.

Т. Мирсанова

Из сборника «Стезя». Иркутск, 1981.

Начало

Есть где-то крытое соломою

В былом забытое село мое -

Пригоршня низкорослых мазанок,

Я сын родной ему, не пасынок.


Мои года там, как просвечены,

На косяке дверном отмечены,

Начало крепко заколочено

Крючком для люльки в потолочину.


***

Скованы железом и печалью,

Каторжники шли по Забайкалью.

В тишине тоскливой – звон кандальный,

Дальний край, суровый,

край опальный.

Шли здесь люди в ледяные дали

И сердцами

солнце согревали.

Сколько здесь сердец таких томилось,

Сколько здесь сердец испепелилось.

Может, потому оно такое –

Солнце в Забайкалье – золотое…

Из позднего:

«Кабухай»

Чистый бор, объятый сонью,

Трав даурских благовонье,

Алый, рыжий, желтый мак…

Только вспомню Приононье,

Вдруг почую под ладонью

Сердце даже сквозь пиджак

…..

Значит, что-то тут оставил,

То, чего забыть не вправе,

Что само напомнит вдруг.

Словно смесь из сна и яви, -

На дороге серый гравий,

Холм, река и мокрый луг


Гонг

Г. Граубину

Дацан ничем не огорошил,

А я-то тайно ждал чудес,

Как всюду собирают гроши,

Не ожидая их с небес,

Но все же встретилось мне чудо:

Сковородою гонг повис,

Где руки меднолицый Будда

Сложил – ладонями вверх-вниз,

По нашей просьбе лама сонно

Полуударил в черный гонг.

Тот взвыл глубоким баритоном,

Собой заполнив все кругом.

Волнами плыл и плыл куда-то

Из древней драмы тот напев,

О всех обидах и утратах –

И жалоба, и срытый гнев.

Гудела песней бессловесной

Та бронза с серебром, вобрав

Прихожих думы. Было тесно

Меж полюсов зла и добра.

Он, как поэт, пел то, что свято, -

Был полон мысли звон и вой, -

Меж молчаливых мертвых статуй –

Один – единственный живой.

«Просьба»

Едва обидит кто-нибудь меня,

Как тут возмездие его ужалит злее.

Боюсь желать плохое и злодею -

Потом страдаю сам, его жалея,

Себя же самого во всем виня.


Сбываются невольные желанья

К моей досаде, просто наказанье,

И всем, кто злом решает нелады

Со мною, объявляю повсеместно:

Не поступайте подло и бесчестно,

Не надо, чтоб я вам желал беды.

***

Чтобы стать поэтом знаменитым,

Мало написать стихи хорошие,-

Надо быть беде чужой открытым,

Надо изнывать под тяжкой ношею


Не искать ответ в конце задачника,

Не обожествлять свое обличие, -

Станешь ты счастливым неудачником,

Если у тебя талант в наличии.


***
Жизнь поэта в поэзии жизни

Номер: №7 от 01.03.13

В Молдавии Николая Сергеевича Савостина знают все, кто не чужд литературе. Поэт, прозаик, драматург, известен как активный публицист, автор многих эссе и этюдов, как говорится, на злобу дня, но неизменно глубокого, подлинно философского содержания. Николай Савостин – старейший на молдавской земле русский литератор, член СП СССР с 1958 года. Заслуженный деятель искусств Молдавии, отмечен высшей наградой Молдовы – "Орденом Республики"...

Но прежде всего Николай Сергеевич – кавалер орденов Отечественной войны II степени и "Знак почета", он награжден боевыми медалями, в том числе "За отвагу" - в 1945 году и Медалью Пушкина - в 2007-м. В 2009 году Николай Сергеевич стал лауреатом

Международной литературной премии им. Великого князя Юрия Долгорукого за книгу "Честь поэтов". Но не все, наверно, представляют себе, как известен, популярен и любим наш писатель на сибирской земле, особенно в Читинской и Иркутской областях, где он много лет жил и работал. Галия Дуфаровна Ахметова – член Союза писателей России, доктор филологических наук, профессор Забайкальского государственного педагогического университета (Чита), главный редактор литературно-художественного журнала "Встречи". В конце прошлого года она издала книгу: «Николай Савостин: жизнь и поэзия. Поэзия и жизнь».

Как отмечает Галия Ахметова, поэт так пишет о себе: «Я давно живу, участвовал в великой войне, учился у замечательных ученых, общался и дружил с прекраснейшими писателями, много трудился, выпустил свыше четырех десятков книг». В этом его большое человеческое и творческое счастье, полагает она, как полагаем, конечно, и мы.

Эта книга, хотя и вышла как "научно-популярное издание", по сути и глубине содержания – монографическое исследование, но адресована она самому широкому кругу читателей и будет весьма полезна на занятиях по литературе в школах и вузах. Большое количество фактического материала, культурологических ссылок, иллюстраций предполагает плодотворное изучение этой книги иностранными учащимися, студентами, магистрантами, аспирантами.

Структура исследования в значительной части совпадает с биографическими вехами писателя. В нем анализируются поэзия, проза, публицистика Н.С. Савостина. Приводятся письма ему и его письма, в том числе автору книги. В книге помещен список трудов писателя и рецензий на них.

Галия Ахметова посвящает читателей в замысел своего издания и в то, как он у нее появился. «Мы начали немного переписываться с Николаем Сергеевичем в середине 2011 года – мне хотелось опубликовать стихи Поэта в наших журналах "Встречи" и "Слово Забайкалья". И почти сразу же родилась во мне мысль написать книгу о Поэте. Я написала об этом Николаю Сергеевичу. Я счастлива, что сдержала слово».

Изначальный интерес представляют два (по крайней мере) удивительных совпадения, которые описаны так: «Николай Сергеевич Савостин стоял у моей колыбели... Мне бы хотелось так думать! В те молодые годы, когда он жил в Чите, его небольшой деревянный дом стоял рядом с деревянным же домом, в одной из комнат которого поселились мои родители. Я лежала в колыбели. Николай Сергеевич часто приходил в гости к моему отцу. Имя поэта я знала с самого детства. В своей автобиографической повести "Тополя корнями вверх" (она опубликована под псевдонимом) я написала: "Теперь мы живем в деревянном доме. Я его тоже не помню, но знаю, где он находится. Рядом с этим домом жил Николай Савостин, ставший впоследствии известным поэтом и уехавший (вот ведь странно!) в Кишинев. И мне бы очень хотелось, чтобы он стоял у моей колыбели, как это обычно пишут в романах. Это же такой замечательный символ – известный поэт у колыбели ребенка. Ах, кто же вырастет из этого ребенка? Но ведь и вправду мне посчастливилось учиться в докторантуре Литературного института имени А. М. Горького!" Кишинев стал для поэта родным городом. Я тоже считаю этот город родным. Там прошло мое детство. Такая вот жизненная странность».

И действительно – неисповедимый жест судьбы, дважды соединивший двух людей в общих им молдавском и сибирском времени и пространстве.

Нет, в самом деле! Это еще не всё. Судьба отца поэта, Сергея Демьяновича Савостина: был в Харькове прорабом, а в 1930-х «по призыву отправился в Забайкалье – строили школы, больницы, МТС», – пишет Галия Дуфаровна. И делает сноску: «По призыву партии и правительства и мой дед Шаих Ахметов вместе с семьей поехал в Читинскую область в тридцатые годы». Новую жизнь строили всей страной, "всем миром", многоплеменным, воистину интернациональным. Так сближались народы, так прочно переплетались судьбы людей.

Один из суммирующих выводов автора, глубоко вникшей в творчество своего героя – лирического, литературного, исторического – Героя культуры и судьбы: «Жизнь и поэзию Николая Савостина, настоящего Поэта и замечательного Человека, обязательно нужно изучать в школе и в университете, обязательно нужно переиздавать его стихи и публицистику».

Одна из особенностей – и отчетливых достоинств, как думается, книги – описывая биографию писателя, Галия Ахметова постоянно иллюстрирует ее вехи его же стихами, что позволяет глубже вникнуть и в суть времени, и в становление и развертывание

личности Николая Сергеевича. Ибо, пишет она: «Стихи Николая Савостина неотделимы от его жизни. В стихах – вся жизнь Поэта, все события. Детство часто вспоминается в стихах. Но стихи, как и жизнь, – они шире отдельных фактов».

Вся книга построена так, что исследование творчества Савостина "насажено" на стержень его биографии, а точнее все же – его жизни. Ахметова не только скрупулезно отслеживает ее от рождения, но и бережно собирает все детали, обстоятельства, случаи и "неслучайные случайности". В их числе, конечно же, встречи, знакомства, творческие связи, верная дружба и верность литературным – и не только литературным, но в любом случае всегда нравственным и духовным – учителям и наставникам, которые несметно обогатили писателя и сделали его жизнь увлекательно, потрясающе интересной.

Николай Сергеевич был знаком, часто и дружен, со многими людьми не просто примечательными, но и по-настоящему знаменитыми, выдающихся, редчайших судеб. И всё это искрометное богатство Галия Ахметова постаралась собрать под обложку своего старательного труда.

Вот плеяда замечательных писателей – Михаил Шолохов, Александр Твардовский, Алексей Толстой, Леонид Леонов, Константин Симонов, Илья Эренбург, Юрий Бондарев, Виктор Астафьев и многие другие... В книге приведено воспоминание Николая Сергеевича: «Мне посчастливилось их видеть, этих замечательных художников слова, с некоторыми даже был знаком и общался как с приятелями, как с сокурсниками по учебе или соучастниками литературных событий. Это были люди необыкновенной совести, глубокого ума и пронзительного зрения».

Большой раздел книги, думаю, самый лучший, представляет собой литературоведческий разбор произведений – и поэтических, и прозаических – Н. С. Савостина. Эту часть монографии, как и иные, конечно, не пересказать; ограничимся цитатой: «Удивительное дело! В стихах Николая Савостина не так уж много, как принято выражаться, выразительных средств, в частности, метафор. Но поэтичность от этого как будто только возрастает – от простых слов... И все же метафоры, конечно, есть. И поскольку их не так уж много – они привлекают внимание яркостью, образностью, точностью...». Глубоким проникновением в творческую лабораторию поэта предстает разбор техники, формы стихов Николая Сергеевича, а он, как известно, над этим всегда работает с особой тщательностью.

Галия Ахметова уделила должное внимание публицистике писателя. Но она подвергла анализу и ту часть труда Николая Сергеевича, которая не часто выделяется. Это его работы, в которых он выступает исследователем – и историком, и литературоведом. И это в первую очередь цикл его статей, очерков, заметок о жизни и творчестве А. С. Пушкина. И даже в тех стихах, в которых он обращается к личности, жизни, гениальным трудам великого русского и мирового поэта, Николай Сергеевич исторически точен до деталей. А ведь прежде чем эти крупицы ввести в ткань стиха, их надобно сперва добыть, перелопатив тысячи страниц первоисточников и редких работ...

Завершив обзор писательской публицистики, Галия Ахметова приводит еще одну цитату: «Сколько мудрости в следующих размышлениях Поэта: "За многие годы, за более чем полвека, как я взялся за перо, часто задумывался о своем деле и мысленно составлял свой катехизис: никогда не тянись к большому куску; поднимая бревно с товарищем, берись за толстый конец; не верь застольным похвалам; не оправдывай свои недостатки и пороки тем, что они были и у великих; судя других (писатель в известной мере судья), будь готов ответить за свои дела и писания. Много, много истин, известных всем, но выстраданных и открытых лишь самим собой и для себя, сложились в заповедь. А главная: писатель, поэт – синоним слова "патриот". Только так и не иначе!"»...

Виктор ЖНЕЦОВ http://km.press.md/news/6928-2013-03-01-15-20-37.html


< Возврат к списку

Вверх